Archikultura

Интервью

Плоды гончарных рук

Искусство керамики занимает особое место в культуре нашей страны. Мы пообщались с представителем бухарской школы керамики Абдулвахидом Бухорий о традициях этого искусства и процессе создания керамических шедевров. Абдулвахид Бухорий создал из керамики обложку пятого номера журнала Archikultura.

 


Для начала не могли бы вы описать общее состояние ремесла керамики в Узбекистане на сегодняшний день?
Сейчас в Узбекистане такая тенденция: прикладное искусство очень хорошо развивается, потому что у нас действительно глубокие корни. Сам феномен того, что Риштан — это город керамистов, уже говорит о многом. Моя цель — развитие бухарской школы керамики. Это для меня принципиальный вопрос. По некоторым историческим причинам в Бухаре наше ремесло угасло около ста лет назад, и теперь моя задача — возродить его.


Опишите свой стиль. Откуда он берёт корни? И вкратце расскажите о своём творческом пути: в каком возрасте начали заниматься этим творчеством и что вас подвигло к этому?
Всё началось, когда мне было три года. В детском саду у нас была хорошая воспитательница, она нас стимулировала к лепке. Я начинал не с глины, а с пластилина, лепил разные фигурки. А когда познакомился с керамической красной глиной, мне было около восьми лет. Это было для меня настоящим чудом. И первой моей работой был маленький кувшинчик из этой глины. Тогда я ещё не работал на гончарном круге. А до этого в основном были разные фигурки. Мама, например, не покупала мне никаких игрушек, потому что я сам себе их делал из пластилина. Ковбоев, Геракла, Юпитера. Я увлекался греческой мифологией.


Как вы продаёте свои изделия и кому? Кто главный покупатель керамических изделий?
Я продаю свои работы через галереи или частным образом через интернет. Главные покупатели — те люди, которые ценят ремесло. Есть несколько музеев. В Бухаре это музей каллиграфии. Несколько моих работ выставлено в Грузии в музее прикладного искусства. Есть коллекционеры, а подавляющее большинство — это люди, любящие использовать керамику в быту.


Вы говорили, что ваши изделия сейчас находятся в Ташкенте в трех галереях. Какие это галереи и как ваши изделия туда попали?
С галерейщиками мы в основном знакомимся на выставках. Я стараюсь в них больше участвовать, они сейчас популярны. Проводится очень много разных выставок, в том числе республиканских. Со многими я знаком ещё со студенчества.


Как проходит непосредственно ваш процесс создания керамических шедевров? Чем вы занимаетесь до начала работы? Как настраиваете себя? 
Я настраиваю себя... Очень люблю музыку. Саму музыку выбираю душевную. То есть я не различаю — классика это или не классика. Для меня это не имеет большого значения. Главное, чтобы музыка меня волновала. Отсюда у меня появляются идеи. Могу заснуть, приснился сон — стараюсь его быстро зафиксировать, пока не забыл. Фиксирую в виде рисунка, чтобы потом к этому через какое-то время вернуться.

 


Расскажите, какие технологии существуют в создании керамического искусства? И какими из них вы пользуетесь, создавая изделия? Это самые простые и базовые инструменты или что-то абсолютно новое и современное, упрощающее работу мастеру?
Раньше я располагал большим количеством времени и выкручивал всё на гончарном круге. Но сейчас работаю в нескольких направлениях, поэтому теперь мне удобнее выражаться на плоскости, нежели в форме. Например, ляган я использую отформованный на станке. То есть получается, как бы наполовину ручная работа.
Я люблю придерживаться более традиционных, старых методов. Что-то можно применять сегодня, а что-то невозможно. На дровах сейчас обжигать умаз почти невозможно. В Японии, например, продолжают эти традиции, как и в Америке, но здесь, в Узбекистане, я такого не видел. Раньше, может быть, лет 20–30 назад кто-то и делал так. Почти все мастера сейчас работают на газе или электрических печах. И ещё используют электрический гончарный круг. У меня, правда, до сих пор ножной, старый. Что ещё? Краски, керамические красители. У меня сама цель возродить старые традиции. Естественно, в это входит и рецептура старых, древних глазурей. Я немного дотошный в этом плане: ищу литературу, читаю в интернете, общаюсь со старыми мастерами. У нас многое забыто за последние 70–80 лет. Сейчас тех мастеров нет в живых, поэтому я стараюсь искать это в старых, древних артефактах, в литературе. И, естественно, ставлю собственные эксперименты и опыты.


Вы сказали только, что про краски и красители. Какие цвета предпочитаете использовать в работе?
Я работаю в нескольких направлениях. Поэтому в одном направлении палитра почти чёрно-белая, во втором — белая, бирюзовая и чёрная, а также ультрамарин или палитра голубого цвета.


Что делаете, когда остаётесь недовольны тем, что создали?
Переделывать керамику очень сложно. Если сделать повторный обжиг, то может получиться брак. Да, может быть, я действительно перфекционист, и в целом мне мои работы нравятся очень редко. Бывают какие-то красивые фрагменты, которыми я остаюсь доволен, но в итоге теряю интерес к этой работе и, основываясь на этом маленьком фрагменте, продолжаю делать следующую работу. А эту работу могу кому-нибудь подарить. Я не могу пока сказать, что создал работу, которой по-настоящему горжусь.


Керамика в дизайне интерьера. Приходилось ли вам сталкиваться с этим? Что ещё, кроме керамической посуды и скульптур, в интерьере можно сделать, прибегнув к искусству керамики?
Первая моя работа была не совсем интерьерная — сталактит большого купола в 2008 году. Это первая работа, когда я прикоснулся к этому направлению. Для меня это был большой экспириенс. Сейчас занимаюсь проектом по восстановлению древней керамической плитки. Это памятник XVII века, и я хочу возродить его имен — но по древней рецептуре. Я, конечно, могу использовать новейшие глазури, но у меня принцип такой: это древний памятник, и должна соблюдаться та же древняя рецептура, те же красители. А в плане интерьера использование плитки — хорошая идея, которая практиковалась столетия — ми у нас и во всём мире. И сейчас в Узбекистане существует такая тенденция — мы как бы воз — вращаемся к старым традициям: украшаем керамической плиткой интерьер и экстерьер. Здорово, что это опять входит в моду!

 


Из вашей странички на Facebook я увидел, что вас очень беспокоит состояние архитектурного наследия нашей страны. Опишите, пожалуйста, подробнее эту ситуацию. Как пытаетесь улучшить её? Может быть, планируете провести какую-то акцию?
Такую акцию я, к сожалению, ещё не проводил, но планирую. В Бухаре более 300 архитектурных памятников разных периодов, которые просто забыты. Они в очень ветхом состоянии. И знаете, действительно, наше государство старается, но здесь у нас большая нехватка кадров, хотя есть средства. Мы должны воспитать само население. Потому что Бухара — это музей под открытым небом. Я сам живу в Старом городе, и рядом со мной мечеть XVI века, медресе и ещё одна мечеть — целых три древних памятника. И, естественно, рядом мои соседи не все понимают, что это большое достояние, просто клад. Мы должны сохранить его для будущего поколения. И я думаю, нужно проводить такие акции, чтобы за — ставить население думать. Те туристы, которые сюда приезжают, очень хорошо это понимают. Но мы, несмотря на то, что историческое богатство у нас под ногами, относимся к нему поверхностно. Мы сами должны стать ответственными людьми. То есть получается, мы это каждый день видим и относимся к этому как к чему-то обыденному.


А какие планы на будущее?
В ближайшее время у меня будет выставка. Мы с супругой хотим сделать комплексную выставку в Ташкенте и Бухаре. Она будет включать в себя инсталляцию, керамику, традиционную и нетрадиционную, графику и, если успеем, живопись. То есть пять-шесть направлений и плюс фотография. Хотелось бы организовать её в 2018 году, но я буду занят реставрацией. Надеюсь, что в марте 2019 года или чуть позже всё-таки сделаем. Ведь планы очень большие.

 


Что можете пожелать начинающим керамистам?
Начинающим керамистам советую побольше ходить на выставки и обязательно в музеи, потому что без прошлого нет будущего. Больше читать, больше делать эскизов. Наш учитель всегда советовал делать хотя бы два или три эскиза в день. Потому что в незрелом возрасте, когда человек только начинает, у него получаются более наивные и более чистые работы. И со временем, когда он набирается опыта, через лет 10— 20 он всё-таки возвращается к этому, смотрит на свои старые эскизы и осознаёт и открывает для себя ещё что-то. У меня вот так получается. Человек должен быть всегда активен, читать, больше видеть, слышать, общаться и, естественно, практиковаться. Нужно больше работать с материалом.

Смотрите также:
Архитектура чтения
Фото

Архитектура чтения

«Libraries» («Библиотеки») — проект фотографа из Германии Кевина Краутгартнера.

Гараж культуры
Интервью

Гараж культуры

Интервью с директором российского музея современного искусства «Гараж» Антоном Беловым

Квартирный восторг
Интерьер

Квартирный восторг

Творческий коллектив Lasphera о дизайне интерьера в квартире для молодой семьи.

Предложение, от которого не отказаться
Архивчера

Предложение, от которого не отказаться

Дом из фильма «Крестный отец II» на озере Тахо выставлен на продажу.

Средневековый ренессанс
Архисегодня

Средневековый ренессанс

Обновленный фасад музея средневековья в Париже.

Остановись, мгновенье!
Дизайн

Остановись, мгновенье!

Чарующая инсталляция парижских художников, в которой остановилось время. 

Мне бы в небо
Фото

Мне бы в небо

Солнечные снимки Себастьяна Вайсса, которые предлагают взглянуть вверх: на самые впечатляющие бетонные конструкции Европы.

И целого леса мало
Архисегодня

И целого леса мало

Единственный частный дом Захи Хадид для «русского Джеймса Бонда»

Брутальная Британия
Дизайн

Брутальная Британия

Книга, посвященная послевоенной британской архитектуре.