Archikultura

Архивчера

Космос, а не дизайн

60 лет назад, когда люди только начали летать в космос, ни в одном университете не учили создавать интерьеры космических кораблей. Но создавать их было нужно. За 30-летней историей советской космической архитектуры стоит не так много людей, и вся их работа была помечена грифом «секретно» до 1991 года.

Исполнителем большинства этих проектов была Галина Балашова. В частности, она создала проект жилой зоны корабля «Союз» и придумала, как будут выглядеть космическая станция «Мир», эмблема «Союз-Аполлон», советские космические значки, почтовые марки, открытки, медали и некоторые интерьеры современной МКС. При этом в России о Балашовой толком никто не знал до тех пор, пока немецкий архитектор Филипп Мойзер не наткнулся на её работы в интернете и не написал о ней книжку «Galina Balashova. Architect of the Soviet Space Programme» («Галина Балашова. Архитектор советской космической программы»).

Почему так вышло? Начальники секретных советских предприятий считали себя авторами проектов. С исполнителями, особенно женщинами, никто не считался, и их фамилии нигде не значились. Соответственно, они не получали ни авторских гонораров (роялти), ни профессионального признания. 

Как одному из первых дизайнеров, создающих жилые пространства для людей вне Земли, Балашовой приходилось думать не только о красоте, но и об эргономике и безопасности интерьеров, а также их психологическом влиянии на космонавтов, работающих так далеко от дома. Так в первом корабле, предназначенном для жизни в космосе, появились видоизмененные, но всё равно близкие русскому человеку диван и сервант (в них Балашова спрятала кучу техники).

В книжке, написанной на основе её интервью, напечатаны десятки чертежей, рисунков и акварелей: интерьеры, типографика, просто черновые идеи. Их красота очень контрастирует с вполне понятной обидой художника, которой буквально пропитана книга — эргономика всем по большому счёту была безразлична, работой руководил человек с образованием сантехника. Как вывод — не ценили, платили в разы меньше, чем другим архитекторам, да и вообще не считали за архитектора: за 30 лет эту ставку в отделе так и не ввели. А на соседней странице — лаконичный дизайн интерьера космического корабля, придуманный советской женщиной, пишущей «для души» акварельные портреты родственников в костюмах дворян.

Признание всё-таки застало ее при жизни: теперь коллекционеры соревнуются с музеями за право иметь оригиналы этих рисунков в своих коллекциях.

Текст — Катя Ковалёва, научный писатель.

Design House
ACE Creative Studio
Смотрите также:
Джонатан и факты
Дизайн

Джонатан и факты

10 фактов о дизайнере Джонатане Адлере.

Архиличность: Елена Терина
Индустрия

Архиличность: Елена Терина

Блиц-интервью с дизайнером Еленой Териной.

Архиместо: Чайкоф
Архисегодня

Архиместо: Чайкоф

Чем примечательна кофейня «Чайкоф» на Шота Руставели.

Авторитетный раритет
Архисегодня

Авторитетный раритет

Влад Заманов об апсайклинге, предметах интерьера как инвестициях и комиссионках.

Архиместо: кафе Stories
Архисегодня

Архиместо: кафе Stories

Рассказываем о дизайне городского кафе нового формата — Stories.

Строить из себя
Индустрия

Строить из себя

LEGO предлагают отказаться от живых цветов в пользу пластиковых.

Дома с модой
Архисегодня

Дома с модой

Дома Карла Лагерфельда с модой и без.

Дом книг
Дизайн

Дом книг

Самая прогрессивная библиотека в мире.

Архиличность: Бобир Клычев
Социум

Архиличность: Бобир Клычев

Блиц-интервью с архитектором Бобиром Клычевым.